Куперс

Бухучет и анализ

Субсидиарка при банкротстве

Во времена экономического кризиса, вызванного карантином и другими причинами, все больше компаний могут столкнуться с проблемой неплатежеспособности. Если компании не удается преодолеть финансовые проблемы и рассчитаться с кредиторами, то вероятным сценарием развития событий может стать банкротство.

По общему правилу руководитель или учредитель компании не отвечает за долги компании. Однако, из этого правила есть исключение — субсидиарная ответственность в процедуре банкротства. Субсидиарная ответственность ставит в один ряд обанкротившуюся компанию и ее руководителей/учредителей по всем непогашенным долгам.

Может ли долг компании стать личным долгом ее руководителя или учредителя?

1. Что такое субсидиарная ответственность?

Субсидиарная (дополнительная) ответственность — это вид гражданской ответственности, при котором долг должника в непогашенной части возлагается на другое лицо.

В процедуре банкротства субсидиарная ответственность предполагает, что непогашенные долги компании-банкрота переводятся на ее руководителя, учредителей или других лиц, если эти лица виновны в неплатежеспособности компании. Таким образом, руководитель или учредитель компании может отвечать перед кредиторами личными средствами и имуществом в случае недостаточности имущества компании.

2. Кто может нести субсидиарную ответственность?

Субсидиарную ответственность могут нести лица, решения которых обязательны для компании или если эти лица каким-то образом определяют действия компании. Определяя лицо, подлежащее субсидиарной ответственности, нужно исходить из полномочий соответствующего лица по управлению компанией, которые определены в законе и уставных документах компании.

Таких лиц можно условно разделить на несколько групп:

1) менеджмент компании — исполнительный орган или члены исполнительного органа (директор, председатель правления, члены правления, исполнительный директор, президент и др.)

2) должностные лица других органов управления и контроля — председатель и члены наблюдательных советов;

3) участники и учредители компании — акционеры, владельцы корпоративных прав;

4) органы власти, уполномоченные на управление коммунальными и государственными предприятиями — местные советы и исполкомы, органы управления государственными предприятиями.

3. Какие основания для субсидиарной ответственности?

Вопрос о субсидиарной ответственности лиц, указанных выше, может возникнуть при наличии одновременно двух условий.

Во-первых, у должника, в отношении которого инициирована процедура по банкротству, недостаточно имущества для погашения требований кредиторов. Иными словами, вопрос о субсидиарной ответственности руководителя или учредителей может возникнуть только после того, как было установлено, что имущества компании-банкрота недостаточно для покрытия долгов компании.

Во-вторых, банкротство компании произошло по вине руководителя, учредителей (или других лиц, которые могут принимать обязательные для должника решения). Таким образом, определенные действия или бездействие этих лиц должны быть квалифицированы как доведение до банкротства.

4. Какие действия суды расценивают как доведение компании до банкротства?

Судебная практика демонстрирует, в каких ситуациях суды привлекают к субсидиарной ответственности руководителя или учредителей компании, если их действия привели к банкротству. В частности, суды признавали доведением до банкротства такие действия:

— снятие со счета предприятия денег для закупки товаров, без осуществления такой закупки;

— подписание заведомо невыгодных для юридического лица договоров;

— передачу активов должника на баланс другого предприятия;

— накопление обязательств без достаточных активов для погашения этих обязательств в будущем;

— сокрытие активов предприятия, непредставление финансовой отчетности, нарушение требований по уменьшению уставного капитала;

— подачу фиктивной финансовой отчетности при отсутствии какого-либо имущества или активов.

Читайте также: Проект Трудового кодекса: чего ожидать работодателям и сотрудникам?

5. Доведение до банкротства — это преступление?

Да, это преступление. Статья 219 Уголовного кодекса Украины предусматривает уголовную ответственность за доведение до банкротства. Однако, доведение до банкротства как основание субсидиарной ответственности в процедуре банкротства и доведения до банкротства как преступление — это совершенно разные виды ответственности, с юридической точки зрения.

Чтобы привлечь лицо к субсидиарной ответственности и взыскать с него долги компании, необязательно привлекать это же лицо к уголовной ответственности за данное преступление. Суд может возложить на руководителя или учредителя компании ответственность за долги компании даже при отсутствии приговора в уголовном производстве по ст. 219 Уголовного кодекса Украины.

В свою очередь, привлечение лица к уголовной ответственности по ст. 219 требует доказательства наличия в действиях лица состава преступления, в частности умысла, мотива и размера причиненного вреда (525000 грн. по состоянию на 2020 год).

6. Кто и когда может поднять вопрос о субсидиарной ответственности?

На финальном этапе процедуры банкротства (этапе ликвидации) суд назначает ликвидатора, который берет на себя функции руководителя компании и осуществляет все необходимые действия для продажи имущества компании с целью погашения ее долгов перед кредиторами.

Только ликвидатор может заявить требования к третьим лицам по их субсидиарной ответственности. Это может произойти после продажи имущества компании (или определения его стоимости), когда ликвидатор установил недостаточность этого имущества для погашения долгов компании.

7. Какие доказательства должен предоставить ликвидатор?

Ликвидатор обязан проанализировать финансовое состояние компании-банкрота, ее финансовую и налоговую отчетность, инвентаризировать активы и проверить наличие признаков доведения до банкротства.

Обычно доказательствами доведения до банкротства являются финансовая и налоговая отчетность компании, документы о совершенных соглашениях и финансовых операциях, заключения экспертов, органов юстиции, другие документы.

8. Какие последствия?

В случае принятия судом решения о возложении субсидиарной ответственности на определенное лицо, суд постановляет взыскать долг в определенной сумме с такого лица. После вступления в законную силу такого решения, суд выдает исполнительный документ, который является основанием для принудительного исполнения решения суда.

Принудительное исполнение решения осуществляется в исполнительном производстве, где государственный или частный исполнитель совершает все необходимые действия для взыскания долга: арестовывает и продает имущество, арестовывает и взыскивает средства на банковских счетах, обращает взыскание на часть заработной платы или пенсии, запрещает выезд за границу.

Таким образом, руководитель, основатель или другое лицо, которое определяет действия компании, может стать ответственным за долги компании. Но только в том случае, если такое лицо довело компанию до банкротства, а имущества самой компании недостаточно, чтобы погасить ее долги.

Юрий Колос, советник ЮФ «Василь Кисиль и Партнеры»

Дмитрий Деркач, юрист ЮФ «Василь Кисиль и Партнеры»

Судебная практика привлечения к субсидиарной ответственности при банкротстве банка. Основано на опыте «Игумнов Групп»

Если к субсидиарке привлекают банкира, то главный противник ― АСВ. Это настоящие профи по выколачиванию денег из должников, к тому же они пользуются поддержкой госструктур. Мы часто слышим, что с АСВ воевать бесполезно, но сами так не считаем. Рассмотрим несколько действенных приемов, которые можно применить против этого лома.

Теория

Кредитным организациям посвящена отдельная глава закона о банкротстве. В целом схема такая:

1. Сначала у банка отзывают лицензию. Причем это не всегда происходит в результате наступления неплатежеспособности. За малейшее нарушение в отчетности ЦБ может отозвать лицензию в соответствии с федеральным законом № 115. Он направлен против отмывания доходов и финансирования терроризма, но по факту под него можно подвести все, что угодно.

Оставьте свой e-mail здесь, чтобы получить соответствующую статью закона:

2. Кредитную организацию банкротят, АСВ выплачивает вкладчикам страховые суммы (не более 1,4 млн для физиков) и берет на себя все расходы по процедуре банкротства.

3. Теперь АСВ нужно как-то компенсировать свои убытки. Для этого Агентство ищет активы должника, оспаривает сделки и привлекает бывших руководителей к субсидиарной ответственности.

За те 6 лет, что работает эта схема, Агентство успело ликвидировать сотни банков, взыскать больше 100 млрд. рублей и выработать собственную тактику выбивания денег. Дальше мы разберем ее во всех подробностях.

Неправильные заемщики

Любимый прием АСВ ― вменять банкиру «технических» заемщиков. Подразумевается, что банк прокредитовал компании, заведомо зная, что деньги ему вернуть не смогут. Естественно, предполагается, что дальше деньги со счетов «техничек» утекли в личный карман бенефициаров и топ-менеджеров банка. И по этой причине вкладчики и клиенты банка остались с носом.

90 % всех исков по субсидиарке, которые мы видели, содержат это основание. При этом внятных критериев для выявления «технических» заемщиков нет. Ни в одном законе нет такого понятия, АСВ определяет их на глазок.

Как правило, у Агентства вызывают подозрения компании с небольшим штатом, маленьким оборотом, не ведущие хозяйственную деятельность, либо компании-однодневки. К последним чаще всего относят молодые фирмы, особенно, если у них «чистая» кредитная история. Еще могут придраться к небольшому уставному капиталу, хотя по закону достаточно суммы в 10000 р. Директор, исполняющий свои обязанности еще в десятке других юрлиц, — это тоже подозрительно.

Если такому бизнесу удалось получить кредит в банке, а потом у него возникли проблемы с выплатами, то с вероятностью 146 % АСВ посчитает выдачу займа необоснованной и включит компанию в список «технических» заемщиков.

И тут начинается самое интересное: чтобы обосновать свои требования, АСВ прикладывает к делу документы из кредитного досье заемщика. Но не все документы, а только те, которые сам посчитает нужными. Например, «выдергивается» только баланс компании или кредитный договор, хотя остальные документы говорят о благонадежности компании: кредитная история хорошая, профессиональное суждение тоже в ее пользу, сотрудников достаточно, оборот приличный.

А еще АСВ любит жонглировать датами. Например, показывает документы на текущий момент, которые свидетельствуют о том, что компания не работает: баланс пустой, адрес массовый, последние пару лет нет выплат по полученному кредиту и т. д. Но постойте, займ-то выдавали в лохматом 2014 году. И на тот момент заемщик был вполне живым и реальным!

Универсальной схемы защиты от таких обвинений нет, но общее направление такое: показать все, что скрыто.

Стратегия защиты: восстановить полную картину

Главная сложность в том, что все документы по заемщикам АСВ забирает себе еще на стадии введения временной администрации. А потом оно просто сидит на них и не испытывает ни малейшего желания делиться этой информацией с оппонентами.

  1. Первым делом стоит запросить у АСВ полные кредитные досье. Если оно их не передаст (а оно не передаст), то повторный запрос можно подать уже через суд. Иногда это помогает.
  2. Добиваемся доступа к корр. счету банка. После отзыва лицензии все платежи по займам падают именно на него. Бывает так, что АСВ «под шумок» включает в список «технических» заемщиков даже те компании, которые регулярно платят по кредиту. В этом случае распечатка поступлений на корр. счет покажет суду, чего на самом деле стоит «аналитика» АСВ.
  3. Ищем несостыковки в тех документах, которые приобщило Агентство. Банковские кейсы — это всегда масштабно. Причем объем документов прямо пропорционален суммам, которые фигурируют в деле. И со всем этим работают люди, никакой автоматизации! Человеческий фактор может нам помочь: бывает, что АСВ по невнимательности включает в свое в заявление неоднозначные документы, в которых есть основания для защиты КДЛ. Например, приобщают выписку с расчетного счета, из которой ясно, что компания платила проценты и гасила основной долг. При этом на момент отзыва лицензии у банка, срок выплаты по основному кредиту не истек.
  4. Ищем документы у банковских сотрудников. Да, они все передали АСВ, но многие топ-менеджеры в силу служебного положения имеют собственные экземпляры важных бумаг. Мы вообще советуем всем банкирам хранить копии: личный архив может спасти вам пару ярдов.
  5. Проверяем источники, на которые опирается АСВ в своих доказательствах. Очень часто бывает, что они пользуются данными из открытых баз: http://www.spark-interfax.ru/, https://focus.kontur.ru/, https://zachestnyibiznes.ru/. Информация в таких источниках может быть недостоверной: что там разместили, то и висит, никто не проверяет. Об этом обязательно нужно заявить в процессе, чтобы суд дал таким доказательствам надлежащую оценку.

Дальше понятно. В суде мы последовательно и занудно объясняем, что ООО «Ромашка» ― никакой не тех. заемщик, вот у него положительный баланс на момент предоставления кредита, а вот и положительное проф. суждение на его выдачу. А ООО «Одуванчик» вообще регулярно выплачивало проценты и гасило основной долг.

«Техническим» заемщиком могут выставить и физлицо. Алгоритм защиты похож на тот, который мы описали выше: доказываем, что заемщик был платежеспособным. Например, кредиты могли обеспечиваться залогами.

Кстати, это надолго: только списки заемщиков зачастую в крупных банках занимают не один десяток листов, и оппоненты будут цепляться к каждому слову. Но мы никуда не торопимся.

Межбанковское кредитование

Еще одно основание, которое часто использует АСВ ― межбанковское кредитование. Для тех, кто не в теме, поясню: все банки кредитуются друг у друга. Без этого не выжить. Особенно если ЦБ ограничил банк в работе с физлицами.

Банки связаны между собой паутиной рамочных договоров, по которым могут быстро перехватить друг у друга денег, если касса опустела. Это общепринятая практика.

Проблемы начинаются тогда, когда ваш банк банкротится и АСВ выяснило, что межбанковский кредит стал невозвратным, т. к. один из банков-партнеров, который вы кредитовали ранее, тоже ушел в банкротство. Или даже не один, а несколько. В такой ситуации Агентство делает вывод, что межбанковский кредит был банальным выводом денег.

Стратегия защиты: доказать, что займы были реальными

1. Когда клиента привлекают к субсидиарке за межбанковское кредитование, наша задача ― доказать, что займы банкротам выдавались на тех же условиях, что и другим банкам. Для этого приобщаем к материалам дела соглашения, заключенные с другими партнерами: вот, уважаемый суд, смотри, такой же процент, такие же сроки.

2. Дальше поднимаем историю платежей. Если банк долгое время регулярно платил по займам, то никаких оснований для отказа не было.

3. Приобщаем бух. балансы и финансовые показатели из открытых источников, чтобы доказать: на момент выдачи займа банк был платежеспособен.

Так же как и с «техническими» заемщиками, в этом случае мы разбираем каждый займ отдельно и не даем АСВ возможности сделать винегрет из фактов.

Степень ответственности

Указанный выше список нарушений, вменяемых банкирам, далеко не полный. У АСВ есть еще масса возможностей обвинить КДЛ в выводе активов или их замещении. Но отличительная особенность субсидиарки в банковской сфере ― никто не хочет разбираться в деталях. Госкорпорация АСВ заинтересована только в том, чтобы получить назад свои деньги. Причем как можно быстрее и неважно с кого. Поэтому они привлекают скопом все руководство на всю сумму требований солидарно. В подавляющем большинстве судебных определений и постановлений по субсидиарке вы не найдете разграничения степени вины каждого отдельного КДЛ, хотя в идеале это должно быть сделано.

«Солидарно» — не значит «в равных долях». Это значит, что в рамках общей суммы конкурсный может взять с каждого КДЛ все, что найдет, а потом сами разбирайтесь между собой путем выставления регрессов.

Мы видели два сценария:

1. Один за всех. Структура управления банком — это строгая иерархия. Каждое решение в ней проходит несколько ступеней согласования: сначала его визирует один отдел, потом другой, третий. В итоге до топ-менеджера документ доходит уже с десятком подписей коллег. И лицо, принимающее решение, зачастую подписывает документ, не имея физической возможности проверить все, что в нем написано ― оно и логично: для этого и нужна поэтапная процедура проверки и согласования. Исходя из такой логики, давайте все-таки будем последовательны и определим степень ответственности каждого звена в цепочке, а не будем вешать все долги на кого-то одного просто потому, что это быстро и удобно.

Бывает, что нарушения в работе банка нам на руку. Например: на документе стоит подпись клиента. Внимательно смотрим на дату и понимаем, что в этот момент он был в отпуске. Все, этого достаточно, чтобы потребовать проведения экспертизы почерка, а потом добиться того, чтобы данное доказательство не могли использовать против нашего доверителя.

То же самое с коллегиальными органами. Одно дело ― состоять в совете директоров или в кредитном комитете и совсем другое ― принимать решения. Нужно разбирать каждое голосование: кто присутствовал, кто против чего возражал, сколько у кого голосов, был ли кворум и т. д.

2. За себя и за того парня. Еще один случай: объединение банков. Такое бывает довольно часто, т. к. ЦБ регулярно повышает требования к финансовым показателям банка. И чтобы им соответствовать, кредитные организации вынуждены укрупняться через объединение с другими игроками сектора.

Чтобы подобная сделка прошла успешно, нужно одобрение ЦБ РФ. Оба банка готовят пакеты финансовых документов и направляют их в ЦБ. Там их внимательно проверяют и, если все в порядке, выдают согласие на объединение. Но это в идеале. А в жизни получается так, что сначала ЦБ не видит нарушений в работе банка Х (а они есть, например, уже существует «дыра» в виде невозвратных кредитов), а потом, когда после объединения наступает банкротство, сомнительные займы, выданные банком Х, заодно вменяют в субсидиарку и руководству банка Y: «ну вы же одобряли сделку по объединению банков!»

Решение тут одно: мы временно превращаемся в эгоистов и концентрируемся не на всей организации, а только на нашем любимом клиенте. И доказываем суду отсутствие причинно-следственной связи между решениями нашего доверителя и истинными причинами неплатежеспособности организации.

Довели до банкротства

За последние годы к АСВ накопилось много вопросов. Что-то можно списать на невнимательность или объяснить мелкими нарушениями, но встречается и полный трэш.

Например, отзывают лицензию у полностью платежеспособного банка за формальное нарушение норм 115-ФЗ, а потом временная администрация своими действиями доводит его до банкротства. Звучит как парадокс, но мы видели такое собственными глазами!

Деньги со счетов просто перекочевали в карманы подрядчиков АСВ. Эти ребята часто привлекают к работе сторонние организации, например, юрфирмы, консалтинговые и бухгалтерские конторы. Само по себе это приемлемо, т. к. объемы работы действительно большие.

Вот только подрядчикам платят какие-то бешеные гонорары. Дорогие кредиторы, смотрите, за что вы голосуете на собрании, и что сколько стоит. Например, дело на миллиард. Гонорар успеха 10 %. Посчитайте сами.

Итого: случается, что Агентство своими действиями напрямую вредит кредиторам. Значит, есть все основания требовать возмещения убытков. По таким кейсам пока противоречивая практика. Но первый шаг уже сделан.

В марте 2019 ФНС удалось отсудить у АСВ 6 млн рублей. Во столько кредиторам обошелся десятипроцентный гонорар успеха, который АСВ выплатил наемным юристам по делу банка «Холдинг — Кредит». На всякий случай уточню, это был не весь гонорар, а бонус к фиксированной плате за услуги фирмы.

Дело шло с переменным успехом. В первой инстанции выиграла ФНС, но апелляция отменила ее решение. А кассация в свою очередь отменила решение второй инстанции, согласившись с первой. По сути, это перекладывание денег из одного «кармана» государства в другой, но для нас важно другое: прецедент создан. Теперь либо АСВ добровольно умерит свои аппетиты, либо кредиторы помогут ему в этом.

Оставьте свой e-mail здесь, чтобы получить судебные акты по этому делу:

На самом деле столкновений с АСВ боятся те, кто боится… работы. Да, банковские кейсы — это когда документы приносят три грузчика в сорока коробках. Это когда ты выходишь из дома с чемоданом, и все соседи думают, что ты едешь отпуск. А на самом деле ты едешь в суд и с собой у тебя документы, документы и еще немного документов 😊

Юристов «Игумнов Групп» такими вещами не испугаешь: мы дотошно изучаем каждый листочек с двух сторон, знаем наизусть графики отпусков и командировок всех членов кредитного комитета и, если нужно, проводим финансовые и почерковедческие экспертизы. А заодно качаемся к пляжному сезону, таская материалы на заседание.

Признаюсь, мы любим банковские кейсы: это реальный вызов твоему профессионализму и мастерству, высокие ставки и безумная ответственность. А еще это отличная возможность проверить себя на прочность. Если вы банкир, то не тратьте время на поиски юриста с «хорошей» рекомендацией. Приходите к нам, и вы быстро поймете, что альтернатив по подрядчикам у вас нет. Наши контакты .

Информация в статье актуальна на дату публикации на нашем сайте igumnov.group.

Чтобы быть в курсе последних трендов по субсидиарке, банкротству и защите личных активов — приезжайте в гости.

Папина Екатерина

юрист «Игумнов Групп», профи в разрешении споров в судах арбитражной юрисдикции

Специализация: защита от субсидиарной ответственности в сфере кредитных организаций. Разработка комплексной стратегии и реализация мер, направленных на обеспечение безопасности активов руководителей и бенефициаров бизнеса.

Образцовый директор

Закон обязывает руководителя подать заявление о несостоятельности своей компании, когда наступило объективное банкротство, то есть когда временные трудности стали непреодолимыми. Тем, кто этого не сделал, грозит субсидиарная ответственность. Как определить этот момент, рассказала руководитель практики сопровождения банкротств Alliance Legal Consulting Group Alliance Legal Consulting Group Федеральный рейтинг группа Уголовное право группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Банкротство Профайл компании × Алина Манина. По ее словам, в законе указаны общие признаки банкротства, но конкретных критериев практика не выработала. «Верховный суд их не приводит, оставляет вопрос на откуп нижестоящим судам», – поделилась юрист.

Тем не менее экономколлегия ВС дала несколько подсказок, как действовать в случае, если директор заявляет, что трудности были временные, и в доказательство предъявляет экономический план по выходу из кризиса. Такая ситуация возникла в деле Волгоградского завода буровой техники (№ А12-18544/2015). ВС передал дело на новое рассмотрение и указал учитывать специфику деятельности должника, рассказывала Манина.

ВС намекает, что надо проводить глубокий финансовый анализ предприятия, раскрывать обоснованность и разумность экономического плана по выходу из кризиса. Ведь суд и кредиторы не знают, как шли дела на предприятии. И здесь доказательством добросовестности (или недобросовестности) директора может стать комплексная финансово-экономическая экспертиза.

Руководитель практики сопровождения банкротств Alliance Legal Consulting Group Alliance Legal Consulting Group Федеральный рейтинг группа Уголовное право группа ГЧП/Инфраструктурные проекты группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Банкротство Профайл компании × Алина Манина

Манина посоветовала предоставлять больше документов, ведь это позволит точнее определить момент наступления объективного банкротства. «Если годовую отчетность сдадите – вам эксперт так и скажет, что этот момент наступил где-то в середине года», – предупредила эксперт. Она рекомендует сдавать базу 1С (хотя «не всем этого хочется»), меморандумы, преддоговоры с контрагентами и т. п. Это даст эксперту более полную картину событий и поможет сделать более точный вывод, заключила Манина.

Судье понятно, когда наступило объективное банкротство, потому что все уже случилось и все документы на столе, поделился мнением партнер КА Delcredere Delcredere Федеральный рейтинг группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Природные ресурсы/Энергетика Профайл компании × Максим Степанчук. Но «в моменте» это не всегда очевидно. «Более того, если директор сразу бежит с заявлением, то он недолго продержится у своих учредителей или акционеров», – с улыбкой сказал Степанчук. Он дал советы директорам, которые не хотят, чтобы их привлекли к субсидиарной ответственности. Им следует мониторить контрагентов, собирать доказательства экономической обоснованности сделок, передавать документы по акту следующему директору и так далее. Главная рекомендация Степанчука – «создавать вокруг себя бюрократический аппарат», чтобы можно было в суде объяснить, как велся бизнес. Чем больше у директора доказательств в суде – тем меньше шансов быть привлеченным к субсидиарной ответственности, пояснил адвокат.

Тот самый бенефициар

Как найти «того самого бенефициара» из широкого круга лиц, рассказал старший юрист АБ Андрей Городисский и партнеры Андрей Городисский и партнеры Федеральный рейтинг группа Трудовое и миграционное право группа Интеллектуальная собственность группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Налоговое консультирование группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) × Дмитрий Якушев. По его словам, эффект от реформы субсидиарной ответственности был «моментальным»: заявлений стало намного больше, по итогам 2018 года более 30% удовлетворяются. «Сейчас любое лицо можно привлечь к ответственности, если будет доказано, что оно влияло на решения должника», – утверждал Якушев.

Практика Косвенные доказательства против бенефициаров: что решил ВС

Он упомянул определение Верховного суда о «совокупности косвенных доказательств», которых кредитору достаточно, чтобы привлечь контролирующее лицо к ответственности (дело № А33-1677/2013). Как подчеркнул Якушев, экономколлегия имела в виду именно систему косвенных доказательств – когда они складываются в стройную четкую систему. Несмотря на общее ужесточение субсидиарной ответственности, исход каждого конкретного дела зависит от того, какие следы оставил бенефициар, отметил докладчик. В качестве примера «классической схемы» он привел дело № А40-131425/16, где деньги через цепочку уходили ООО, которое не вело никакой деятельности. В корпоративной структуре руководящие должности занимали супруги. «Здесь и отношения родства, и ничем не обоснованное обогащение конечного в цепочке юрлица», – прокомментировал Якушев. В этом деле суды привлекли контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Докладчик привел и другой пример: подозрительное поведение есть, но доказательств не хватает. Так произошло деле № А24-5586/2014. Там деньги аккумулировались на счетах аффилированного лица, но суд счел, что этого факта «самого по себе недостаточно».

Репортаж Тонкий подход и новые презумпции: Пленум ВС обсудил постановление о «субсидиарке»

Один из главных признаков контролирующего лица – возможность давать обязательные указания должнику. Однако опасность может грозить даже тем юрлицам, которые не руководили банкротом, но входят с ним в одну группу компаний. Когда это возможно, рассказал старший юрист юркомпании РКТ РКТ Федеральный рейтинг группа Банкротство группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) 6 место По выручке на юриста (Больше 30 Юристов) 11 место По выручке 20-21 место По количеству юристов Профайл компании × Иван Стасюк. По его словам, в некоторых зарубежных странах есть возможность объединить имущественную массу взаимосвязанных компаний. В России этого института нет, но есть правовые предпосылки для требований к компаниям из одной группы. Как указал Стасюк, они содержатся в п. 7 Постановления Пленума ВС № 53 от 21 декабря 2017 года. Там говорится о возможности привлечь к субсидиарной ответственности лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника.

Актуальные темы Вуаль сорвали со степи: как суд установил бенефициара должника

Что это значит, рассказал Стасюк на примере дела «Дальней степи», где «суд пошел даже дальше Пленума». Там в одной группе лиц с должником был банк, единственное платежеспособное лицо в этой структуре. «Банк поучаствовал в выводе активов, и этого оказалось достаточно, чтобы привлечь его к субсидиарной ответственности», – излагал Стасюк. Он привел и другие примеры. В их числе – дело № А40-255075/16 о компании-«клоне». Там учредители довольно «топорно» сработали, когда создали новую фирму с тем же названием, перевели туда все активы, включая товарный знак, и всех контрагентов, рассказывал Стасюк. В итоге, помимо руководителей должника-банкрота, к субсидиарной ответственности привлекли и новую компанию, хотя она лишь получила активы и не руководила должником, поделился эксперт.

Об ответственности контролирующих лиц за убытки при санации банка рассказал управляющий партнер КА Ковалев, Тугуши и партнеры Ковалев, Тугуши и партнеры Федеральный рейтинг группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Страховое право группа Банкротство группа Фармацевтика и здравоохранение группа Корпоративное право/Слияния и поглощения 4 место По выручке на юриста (Меньше 30 Юристов) 27 место По выручке 30-31 место По количеству юристов × Сергей Ковалев. «Санация – нечастая, но экономически значимая процедура, – объяснил он. – Ее проходят крупные банки, которые входят в десятку. Например, Бин-Банк, «Открытие», Промсвязьбанк».

В рамках санации могут оспариваться сделки, обычно это главный элемент последующего взыскания убытков. Но обычно это происходит по специальным нормам закона о банкротстве, где есть кредиторы, отметил Ковалев.

Противоречиво поступает санируемый банк, который говорит: «Я хочу оспорить сделки по банкротным основаниям, но не хочу подтверждать, что у меня есть кредиторы». Тем не менее суды с этим соглашаются.

Управляющий партнер КА Ковалев, Тугуши и партнеры Ковалев, Тугуши и партнеры Федеральный рейтинг группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Страховое право группа Банкротство группа Фармацевтика и здравоохранение группа Корпоративное право/Слияния и поглощения 4 место По выручке на юриста (Меньше 30 Юристов) 27 место По выручке 30-31 место По количеству юристов × Сергей Ковалев

В частности, Ковалев коснулся темы взыскания подобных убытков по корпоративным основаниям. Согласно закону, отвечать могут единоличный исполнительный орган, члены коллегиальных органов, но в том случае, если они принимали решения, за которые взыскивались убытки, уточнил докладчик. Также, по его словам, в список входят лица, которые влияли на принятие решений. Например, это представитель по доверенности в части убытков, вызванных определенной сделкой. Важный аспект в таких делах – это обычность действий, отметил Ковалев: «Можно ли говорить, что человек, который совершил сделку, действовал в обычном порядке?». Здесь, по мнению юриста, могут помочь различные инструкции, правила и положения, которыми руководствуются банковские работники. В целом, полагает Ковалев, их нельзя привлечь к ответственности: человек находится «в своей ячейке» и не знает, что происходит у соседа, в силу должностных инструкций и внутренних барьеров. Но могут быть и исключения, если получится доказать, что человек «знал или должен был знать» и действовал с умыслом, подытожил докладчик.

Сроки и последствия

Как менялись сроки исковой давности и какие риски это создает для контролирующих лиц, поделился партнер практики разрешения споров Lidings Lidings Федеральный рейтинг группа Фармацевтика и здравоохранение группа Интеллектуальная собственность группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа ТМТ группа Трудовое и миграционное право группа Финансовое/Банковское право 5 место По выручке на юриста (Меньше 30 Юристов) 32 место По выручке 43 место По количеству юристов × Александр Попелюк. По его словам, вопрос, какие сроки применяются, важен не только для юристов, но и для бизнесменов. Для последних он может стать «спасительной соломинкой» в споре об ответственности.

«Сейчас субъективная исковая давность составляет три года, объективная давность также ограничена тремя годами с момента признания должника банкротом, есть еще три года после завершения банкротства, а в целом объективная давность ограничена 10 годами, – излагал Попелюк. – Но так было не всегда». Он рассказал об изменениях:

  • с 1995 по 2013 год субъективная исковая давность была три года, объективной исковой давности не было, а восстановить срок могли только физические лица;
  • с 2013 по 2016 год субъективная исковая давность составляла один год со дня, когда лицо узнало о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, объективная исковая давность равнялась трём годам с даты признания должника банкротом, а восстановить срок можно было по уважительной причине независимо от заявителя.

По словам Попелюка, Верховный суд в деле «Дальней степи», оценивая события прошлых лет, «справедливо» обратился к нормам, которые действовали тогда. Но не все судьи одинаково понимают, что такое материальные и процессуальные нормы, констатировал эксперт.

Практика Кредиторы против бенефициаров: субсидиарная ответственность по-новому

Еще один доклад, посвященный срокам, прочитал партнер юрфирмы Кульков, Колотилов и партнеры Кульков, Колотилов и партнеры Федеральный рейтинг группа Банкротство группа Международные судебные разбирательства группа Международный арбитраж группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) Профайл компании × Николай Покрышкин. Он осветил вопрос, можно ли применять главу III.2 закона о банкротстве, которая упрощает привлечение к субсидиарной ответственности, «задним числом». То есть в случаях, когда действия контролирующих лиц совершены до 1 июля 2017 года. В самом законе говорится, что «правила применяются к заявлениям, поданным с 1 июля 2017 года». Но юристы спорят, что это значит, рассказал Покрышкин: одни считают, что применяются все нормы главы III.2 и неважно, когда совершены действия, которые вменяются контролирующему лицу («людоедский» подход). Другие настаивают, что материальные нормы главы не имеют обратной силы: в этой части должны действовать правила на дату совершения вменяемых действий («проконтролерский» подход).

По словам Покрышкина, этот вопрос актуален для очень многих дел. От ответа зависит, можно ли признать лицо контролирующим и привлечь к ответственности. В частности, новая редакция закона установила много презумпций, расширивших круг лиц, которых можно привлечь к субсидиарной ответственности, пояснил Покрышкин. Он поделился результатами изучения судебной практики. В делах АС Московского округа примерно одинаково представлены оба подхода. Невыгодный для контролирующих лиц подход чаще всего встречается в делах, когда заявитель просит применить главу III.2 в нынешней версии, а ответчик не принимает участия в процессе, рассказывал Покрышкин. Но если ответчик принимает участие в процессе и обращает внимание на этот вопрос – суд его изучает, иногда бывают отмены, поделился докладчик. По его словам, похожая ситуация в ВС: три раза экономколлегия поддержала «проконтролерские» решения, но один раз оставила в силе акты нижестоящих судов с противоположным подходом.

Пограничные темы: убытки в банкротстве и «субсидиарка» не в банкротстве

Некоторым инициаторам привлечения к субсидиарной ответственности иногда выгоднее использовать институт убытков – это может быть проще и надежнее. Таким «неожиданным» наблюдением поделилась руководитель практики банкротства и антикризисной защиты бизнеса Пепеляев Групп Пепеляев Групп Федеральный рейтинг группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа Коммерческая недвижимость/Строительство группа Комплаенс группа Налоговое консультирование группа Налоговые споры группа Трудовое и миграционное право группа Фармацевтика и здравоохранение группа Экологическое право группа Антимонопольное право группа Банкротство группа Интеллектуальная собственность группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Природные ресурсы/Энергетика группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Семейное/Наследственное право группа ТМТ группа Финансовое/Банковское право группа Цифровая экономика × Юлия Литовцева. Она сопоставила два института и рассказала, какие сходства и различия у них бывают. Например, важное различие есть в сроках исковой давности.

Заявление о взыскании убытков в банкротстве всегда подается в интересах должника, а срок исковой давности начинается тогда, когда следующий руководитель после «злодея» мог узнать о нарушениях своего предшественника или предшественников (если речь идет о коллегиальном органе). Когда были процедуры банкротства, не играет никакой роли.

Руководитель практики банкротства и антикризисной защиты бизнеса Пепеляев Групп Пепеляев Групп Федеральный рейтинг группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа ВЭД/Таможенное право и валютное регулирование группа Коммерческая недвижимость/Строительство группа Комплаенс группа Налоговое консультирование группа Налоговые споры группа Трудовое и миграционное право группа Фармацевтика и здравоохранение группа Экологическое право группа Антимонопольное право группа Банкротство группа Интеллектуальная собственность группа Корпоративное право/Слияния и поглощения группа Природные ресурсы/Энергетика группа Разрешение споров в судах общей юрисдикции группа Семейное/Наследственное право группа ТМТ группа Финансовое/Банковское право группа Цифровая экономика × Юлия Литовцева

В заявлениях надо указывать разные суммы. По субсидиарной ответственности взыскивается «все в интересах всех», а убытки – лишь те, которые причитаются вам, подчеркнула Литовцева. Различия есть и в основаниях. Для субсидиарной ответственности это ст. 61.11, 61.12 закона о банкротстве. . А убытки могут охватывать всю диспозицию названных норм и могут быть по любым другим основаниям, поделилась Литовцева. По ее словам, водораздел – это сумма ущерба. Если она влечет банкротство или является «последней каплей», которая привела к банкротству, то эксперт советует идти по пути субсидиарной ответственности. А если взыскивать убытки – надо взять конкретное действие или бездействие, обосновать его неправомерность и указать на негативные последствия в виде финансовых потерь. «Причинно-следственная связь гораздо проще», – отметила Литовцева.

«Мы так много говорим о банкротстве, что забыли, что субсидиарную ответственность можно применять и без него», – так начала свой доклад руководитель юридического департамента Национальной юридической службы Национальная Юридическая Служба АМУЛЕКС Национальная Юридическая Служба АМУЛЕКС Федеральный рейтинг группа Семейное/Наследственное право группа Уголовное право × Надежда Макарова. Она рассказала о применении п 3.1 ст. 3 закона об ООО. Эта норма позволяет привлечь к субсидиарной ответственности «контролирующих лиц» общества, которое было исключено из ЕГРЮЛ как недействующее в административном порядке, но так и не исполнило своих обязательств. Обязательное условие в том, что эти лица должны действовать недобросовестно и неразумно, уточнила Макарова.

П. 3.1 ст. 3 закона об ООО используется очень мало. При этом из ЕГРЮЛ исключили сотни тысяч недействующих юрлиц, многие из которых наверняка использовались в «серых» схемах. Не знаю, чем объяснить эту пропорцию. Каждый раз я в арбитражном суде заново объясняю, что это за норма, а суды ищут банкротный след, которого нет и быть не может.

Руководитель юридического департамента Национальной юридической службы Национальная Юридическая Служба АМУЛЕКС Национальная Юридическая Служба АМУЛЕКС Федеральный рейтинг группа Семейное/Наследственное право группа Уголовное право × Надежда Макарова

Макарова изучила судебную практику по применению нормы и рассказала, какие обстоятельства в выигранных делах оказались в пользу кредиторов. Убытки везде были подтверждены судебными актами. В одном из дел директор знал о долгах, но не пытался препятствовать ликвидации и не инициировал банкротство, излагала Макарова. В другом деле участники поставили на должность номинального директора, когда узнали, что долг необходимо погасить. В третьем разбирательстве директор знал, что поставляет некачественный товар, продолжала докладчик. А некоторые суды считают, что непредоставление бухгалтерской отчетности само по себе недобросовестно и неразумно, отметила Макарова.

Отказы, по ее словам, объясняют тем, что не доказана недобросовестность и неразумность. Также суды могут ставить истцам в вину, что те не представили возражений по поводу исключения из ЕГРЮЛ, заключила Макарова.

  • Конференции Право.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх